Милосердие, или опять про благодать на практике

Вчера - или это было на прошлой неделе? - он, мой маленький мужчина, пришел из церкви, насупленный. Темная туча на лице, в глазах боль,  пухлый еще лоб перерезан глубокой морщиной.

На мои вопросы о том, что произошло, долго мотал головой - а от мотания слезы взяли да и выкатились градом по щекам, горькие, обиженные.

Оказалось, что в церкви кто-то его упрекнул, как ему казалось, несправедливо. Все, дескать, шалили, а ему досталось.

И знаю, что мой старший сын всегда чувствителен к справедливости. Для него все в бело-черных красках, и он остро чувствует отклонения от нее. Почувствовал и тут - несмотря на то, что упрек был отчасти - а, может, и вполне, заслужен, дан был он под горячую руку, в гневе.

Да, и в церкви люди сотканы из плоти и крови. И даже самые зрелые, самые духовные, наступят и пройдутся по чувствам. И шалить в церкви, как было уже много раз говорено, не прилично: есть определенная форма поведения, которой мы стараемся приучить детей, мотивируя это не тем, что в церкви, дескать, бегать и беситься неприлично, но тем, что своим мирным поведением и добрыми манерами мы служим людям, проявляем к ним любовь.

Но нет-нет, да и скатятся с катушек, расшалятся, сами зачиная или глядя на других.

И опять я оказалась на распутье.

1. Топнуть ногой и ткнуть пальцем: сколько раз говорили, не бегать, не шалить. Разве так трудно - два часа в неделю вести себя как полагается, а не как в джунглях. И хмуриться нечего, все поделом. Сейчас же перестань дуться... 

Этот подход самый легкий. Запретили, поругали за нарушение, построжились, чтобы было в урок. Я требую от них, чтобы перестали дуться, потому что верю, что брожение в обиде и гневе ни к чему хорошему не приведет. Дети либо отправляются наверх к себе дуться, и им не разрешается присоединяться к нам до тех пор, пока в сердце все не устаканится и они не смогут улыбаться, либо им дается таймер - и если через какое-то время истерика не прекратится, то последствия будут хуже. Мы верим, что ребенок вполне осознает свои чувства и способен управлять ими - даже если ему понадобится на это целый час. 
Но - по  мере того, как дети растут и усложняются их чувства и воля и мысли, этот подход становится однобоким - он должен идти глубже. 

2. оставить в покое. Переболит, отхмурится, отвлечется, и, глядишь, забудет. В подростковом возрасте столько всяких трагедий - лучше не бередить зря почем. 

Я согласна с тем, что в подростковом возрасте надо с осторожностью выбирать, куда заходить глубоко, а что оставить на потом. Где не упомянуть разбросанные вещи на полу, или чрезмерную насмешливость - а где копнуь поглубже, и разобраться. Но верю также, что мы родители должны вникать во многие вопросы, особенно те, которые касаются характера - который все еще формируется, и сердца - которое все еще может подпасть под влияние, которое все еще открыто в этом полумальчике-полумужчине. Верю, что попускание и игнорирование глубоких тем с ними - это попускание в их и моем хождении с Богом, в котором каждая минута имеет потенциал вечности. 

3.
- использовать момент и с нежностью указать на Того, кто единственный Праведник и единственный имеет истинные суждения. Он - справедливый судья, Его суд лишен пристрастия и Он также не попускает грех. Его суд - не вспыльчивая гневливость капризного Бога, а истинная мудрость. Он судит и меня и других с точки зрения своего закона. Как суд многих людей в отношении меня часто имеет тень греха, так и мой собственный суд о них - или в ответ на их суд - также имеет эту ложку дегтя. 
 - использовать момент и указать на Его милосердие. Снова и снова благовествовать этому сердцу. Снова и снова указывать на то, что мы все лишены славы Бога, но милосердный Бог прощает нас, потому что излил весь гнев без остатка на Своего Сына. Что Его Сын, как никто другой, знает, что чувствуем мы, когда обвинены несправедливо. 
 - использовать момент и показать выбор, стоящий перед ним: взять этот камушек обиды и захоронить его глубоко, со всеми остальными камнями, пока обиженная хронически душа не станет твердой, как идол. Или снова спросить: как эта неприятность может сделать меня больше похожим на Иисуса. Как эти обидные слова могут впечатать в мою мягкую землю души Его образ? Что я могу почерпнуть из этой неприятности, не превращая ее в место поклонения? 

Уф, ночь спустилась, поднялся страшный ветер за окном. Пора всем ложиться, в том числе этой маме, которая бегала за Ураганом Плюшкой весь день. И ложимся, в молитве: "Господь, пролей Свою благодать в наши сердца. Дай нам укорениться внутренним человеком в Твоей любви". 

"да даст вам, по богатству славы Своей, крепко утвердиться Духом Его во внутреннем человеке,  верою вселиться Христу в сердца ваши, чтобы вы, укорененные и утвержденные в любви, могли постигнуть со всеми святыми, что широта и долгота, и глубина и высота,  и уразуметь превосходящую разумение любовь Христову, дабы вам исполниться всею полнотою Божиею" (Еф. 3:16-18)

Присоединиться к изучению послания Ефесянам можно тут. 

Подростки - стрелы

В день, когда ему исполнилось 13, не было среди людей, которые пришли поздравить его, который бы не сказал: "Ну держись, мама! У вас в доме завелся подросток!"
И подобные тому предупреждения.
А я смотрю на его ставшие широкими плечи, на его щеки, еще покрытые каким-то младенческим пушком, уверенный, но все равно как бы просящий одобрения взгляд и руки, ладони которых уже загрубели как у мужчины, а наверху-то все равно еще можно найти ямочки. Если хорошо приглядеться.
И  вижу, как сильно он изменился.
И как он все еще такой же.
И думаю - неужели это правда, что передо мной какое-то новое существо, к которому нужен особый подход, а терпения-то надо воз и маленькую тележку? Неужели правда мне надо будет заново знакомиться с ним, моим первенцем, и ждать подвоха от его становящимися реальностью гормонов ?  Неужели правда, что послушание и надежность, которые стали такими привычными в нем, обязательно должны уступить место бунту, эмоциональным взрывам и неуравновешенности?
Неужели все то, чему мы стремились его научить, будет отброшено, как и его старая куртка, у которой рукава почему-то стали короче за лето - все эти уроки, наставления, увещевания и видение уже не смогут поместиться - или сдержать? - его возросшее я?
Как приготовиться к тому, на что меня настраивает мир? Как мечтать? О чем молиться? Как любить?
Но что мне слушать мир, который к этому и стремится - сам бунтует против Своего Творца и других настраивает на это. Обрисовал подростковый возраст как период стремления к самовыражению, приготовил почву для того, чтобы ребенку дозволили это стремление выразить себя с тем, чтобы он потом и шел по жизни, стремясь выразить и реализовать себя любой ценой.
В мире, в котором себялюбие и есть высшая добродетель.
В котором не выразить себя - значит пропустить все, что этот мир предлагает и остаться у пустого корыта.
В котором грех - упустить возможность. Грех - остаться на задворках, незамеченным, с неудовлетворенными нуждами и стремлениями.
Человек - вот самоцель, и его развитие - вот высший смысл его жизни.
Обращусь, как и и при всяком другом недоумении, к одному Источнику мудрости, который сотворил все (в том числе этого полумужчину-полумальчика) и которым все стоит (в том числе мой "подросток"). К Тому, Который меня в свое время научил, что гормоны гормонами, но Его путь от этого не меняется. Бессонница бессонницей, но любить ближнего как самого себя все еще есть Его высший закон. Беременная не беременная, а  нам "даровано все потребное для жизни и благочестия" (2 Петра 1:3). На публике или дома - а представлять Его благую весть есть высший смысл жизни, чтобы каждый мог увидеть  и познать Его.
Этот Источник мудрости говорит, "Что стрелы в руке сильного, то сыновья молодые" (Псалом 126:4).
Даже тот, кто ни разу не стрелял из лука, может хорошо себе представить процесс.  Навести лук, натянуть тетиву - это только пол-дела. Казалось бы, натянул, да и стреляй.
Но не все так просто.
Эти секунды, а иногда минуты, длятся целую вечность - это самый напряженный момент. Задерживается дыхание, даже на слова нельзя его потратить, и все внимание направлено на цель. Тетива тугая, силы нужно приложить немалые, чтобы натянуть ее до конца - если натянешь слишком мало, стрела не долетит, слишком сильно - улетит слишком далеко, испугав оленя, и испортив все шансы на добычу. Прицелиться надо метко, на смерть - раненный олень от испуга и боли ускачет далеко, распугает всех животных в округе и умрет бесполезной, мучительной смертью где-то далеко - вдали от нашего морозильника.
От долгого натяжения тетивы могут устать руки. Может заболеть и свести плечо. Но держать надо совершенно неподвижно, потому что олень поразительно метко подмечает все малейшие движения.

Этот вот момент и имеется ввиду в Псалме. Так называемый "подростковый период" - не должен быть временем, когда мы попускаемся и предоставляем полную свободу стреле, натягивая тетиву как придется. Это - самое напряженное время, время целенаправленных усилий, окультуривания, направления.
У этой стрелы есть определенная цель, предопределённая Богом, и мы только подведем его, гарантируя провал, если отпустим его на самотек, предоставив ему самому "найти себя" - вместо того, чтобы помочь ему найти эту цель, этот смысл.
Это время - время затаенного дыхания. Время постоянного видения цели перед собственными глазами. Время роста для нас самих - и служения этому мальчику, пока не придет время выпустить его из лука.
Поэтому откладываю на потом мои амбиции и планы и мечты. Времени осталось мало, а еще так много надо успеть.  Поэтому учу изо дня в день любить ближнего, заботиться о своих делах, молиться и читать Слово. Поэтому учу его, как ухаживать за домом, за своими вещами, работать, прилагая все усилия. Поэтому учу его распоряжаться временем, деньгами, навыками. Поэтому учу его жертвовать и уступать.
Не потому, что так должны, дескать, поступать хорошие христианские дети. Или приличные дети пастора. Или потому, что так велит обычай наших предков. Такой подход - все тот же гуманизм по сути, согласно которому в центре всего стоит человек. Этот подход мало чем отличается от мирского "самовыражения".

Но потому, что все это - подготовка его, как стрелы, чтобы она могла долететь до цели, поставленной Богом. Чтобы эта стрела прославила своего Творца, на что она и была создана.