7.11.15

Подростки - стрелы

В день, когда ему исполнилось 13, не было среди людей, которые пришли поздравить его, который бы не сказал: "Ну держись, мама! У вас в доме завелся подросток!"
И подобные тому предупреждения.
А я смотрю на его ставшие широкими плечи, на его щеки, еще покрытые каким-то младенческим пушком, уверенный, но все равно как бы просящий одобрения взгляд и руки, ладони которых уже загрубели как у мужчины, а наверху-то все равно еще можно найти ямочки. Если хорошо приглядеться.
И  вижу, как сильно он изменился.
И как он все еще такой же.
И думаю - неужели это правда, что передо мной какое-то новое существо, к которому нужен особый подход, а терпения-то надо воз и маленькую тележку? Неужели правда мне надо будет заново знакомиться с ним, моим первенцем, и ждать подвоха от его становящимися реальностью гормонов ?  Неужели правда, что послушание и надежность, которые стали такими привычными в нем, обязательно должны уступить место бунту, эмоциональным взрывам и неуравновешенности?
Неужели все то, чему мы стремились его научить, будет отброшено, как и его старая куртка, у которой рукава почему-то стали короче за лето - все эти уроки, наставления, увещевания и видение уже не смогут поместиться - или сдержать? - его возросшее я?
Как приготовиться к тому, на что меня настраивает мир? Как мечтать? О чем молиться? Как любить?
Но что мне слушать мир, который к этому и стремится - сам бунтует против Своего Творца и других настраивает на это. Обрисовал подростковый возраст как период стремления к самовыражению, приготовил почву для того, чтобы ребенку дозволили это стремление выразить себя с тем, чтобы он потом и шел по жизни, стремясь выразить и реализовать себя любой ценой.
В мире, в котором себялюбие и есть высшая добродетель.
В котором не выразить себя - значит пропустить все, что этот мир предлагает и остаться у пустого корыта.
В котором грех - упустить возможность. Грех - остаться на задворках, незамеченным, с неудовлетворенными нуждами и стремлениями.
Человек - вот самоцель, и его развитие - вот высший смысл его жизни.
Обращусь, как и и при всяком другом недоумении, к одному Источнику мудрости, который сотворил все (в том числе этого полумужчину-полумальчика) и которым все стоит (в том числе мой "подросток"). К Тому, Который меня в свое время научил, что гормоны гормонами, но Его путь от этого не меняется. Бессонница бессонницей, но любить ближнего как самого себя все еще есть Его высший закон. Беременная не беременная, а  нам "даровано все потребное для жизни и благочестия" (2 Петра 1:3). На публике или дома - а представлять Его благую весть есть высший смысл жизни, чтобы каждый мог увидеть  и познать Его.
Этот Источник мудрости говорит, "Что стрелы в руке сильного, то сыновья молодые" (Псалом 126:4).
Даже тот, кто ни разу не стрелял из лука, может хорошо себе представить процесс.  Навести лук, натянуть тетиву - это только пол-дела. Казалось бы, натянул, да и стреляй.
Но не все так просто.
Эти секунды, а иногда минуты, длятся целую вечность - это самый напряженный момент. Задерживается дыхание, даже на слова нельзя его потратить, и все внимание направлено на цель. Тетива тугая, силы нужно приложить немалые, чтобы натянуть ее до конца - если натянешь слишком мало, стрела не долетит, слишком сильно - улетит слишком далеко, испугав оленя, и испортив все шансы на добычу. Прицелиться надо метко, на смерть - раненный олень от испуга и боли ускачет далеко, распугает всех животных в округе и умрет бесполезной, мучительной смертью где-то далеко - вдали от нашего морозильника.
От долгого натяжения тетивы могут устать руки. Может заболеть и свести плечо. Но держать надо совершенно неподвижно, потому что олень поразительно метко подмечает все малейшие движения.

Этот вот момент и имеется ввиду в Псалме. Так называемый "подростковый период" - не должен быть временем, когда мы попускаемся и предоставляем полную свободу стреле, натягивая тетиву как придется. Это - самое напряженное время, время целенаправленных усилий, окультуривания, направления.
У этой стрелы есть определенная цель, предопределённая Богом, и мы только подведем его, гарантируя провал, если отпустим его на самотек, предоставив ему самому "найти себя" - вместо того, чтобы помочь ему найти эту цель, этот смысл.
Это время - время затаенного дыхания. Время постоянного видения цели перед собственными глазами. Время роста для нас самих - и служения этому мальчику, пока не придет время выпустить его из лука.
Поэтому откладываю на потом мои амбиции и планы и мечты. Времени осталось мало, а еще так много надо успеть.  Поэтому учу изо дня в день любить ближнего, заботиться о своих делах, молиться и читать Слово. Поэтому учу его, как ухаживать за домом, за своими вещами, работать, прилагая все усилия. Поэтому учу его распоряжаться временем, деньгами, навыками. Поэтому учу его жертвовать и уступать.
Не потому, что так должны, дескать, поступать хорошие христианские дети. Или приличные дети пастора. Или потому, что так велит обычай наших предков. Такой подход - все тот же гуманизм по сути, согласно которому в центре всего стоит человек. Этот подход мало чем отличается от мирского "самовыражения".

Но потому, что все это - подготовка его, как стрелы, чтобы она могла долететь до цели, поставленной Богом. Чтобы эта стрела прославила своего Творца, на что она и была создана.